Но "Ника" дорого заплатила за эту победу. Когда она перекатывалась, чтобы нанести удар, второй, неповрежденный пиратский линейный крейсер наконец вышел на линию ведения огня по самой "Нике". Которую уже не прикрывал мастерски подставленный клин. Его энергетическое оружие, такое же мощное, как и у "Ники", хлестнуло по ней. Корабль Саганами был бронирован сильнее, чем любой крейсер или эсминец, но он всё-таки был не линкором или дредноутом, а только лишь линейным крейсером. Его броня брызнула осколками, воздух вырвался из пробитого корпуса, а переднее импеллерное кольцо вспыхнуло и погасло.

"Ника" задрожала, пытаясь отвернуться от своего противника, и тут уже искалеченный ею тяжелый крейсер послал в неё полный ракетный залп. Некоторые были остановлены противоракетной обороной, но четыре взорвались у колеблющейся бортовой гравистены. Вспыхнуло ещё больше сигналов о повреждениях, когда избыток их мощи перегрузил работавшие на пределе генераторы и ударил по корпусу. А потом снова выстрелил вражеский линейный крейсер. Зеленая иконка зашаталась, окруженная пульсирующей красной полоской критических повреждений, и на тактическом дисплее появилось новое окно.

Это был коммуникационный экран. Название "Принца Гарольда", вместе со временем и датой, мигнуло в нижнем правом уголке, идентифицируя получателя записанной передачи, и не один курсант вздрогнул, внезапно обнаружив себя смотрящим в преддверие ада.

Мостик "Ники" был затянут тусклым дымом, который сквозь дыры в переборках вытягивало в бездонную пасть вакуума. Необузданно полыхали электрические разряды; секция астрогации была разрушена в хлам; палуба была усеяна телами. Лицо Эдуарда Саганами, смотревшего в камеру, было залито кровью; ещё больше крови покрывало его вакуум-скафандр с правой стороны, куда она толчками выплёскивалась из глубокой раны у него на плече.